Добропоезд истории успеха

Ярослав Святославский

Я родился в городе Иваново, в Ивановской области, в обычной семье. Мои родители не предприниматели и не чиновники. Папа не так давно перестал быть персональным водителем, и сейчас он – руководитель группы, которая проводит интернет на различных мероприятиях и в отелях. Мама работает HR менеджером по подбору домашнего персонала – нянь, гувернанток, домработников. Мы поддерживаем связь, общаемся, если выдаётся возможность: моя жизнь тесно связана с разъездами, плюс я съехал от родителей полгода назад, к чему им непросто привыкнуть. 3-4 года назад я сам снимал квартиру в Одинцово (Московская Область), потом на какое-то время вернулся к ним. Я постоянно был то на спортивных соревнованиях, то на тренировках, приходил домой только ночью, мы практически не виделись.

Полгода назад мне захотелось ответственности, захотелось остепениться, и я переехал в Петербург, так как там живёт моя семья. Сейчас я прилагаю максимальные усилия, чтобы всем вместе вернуться в Москву. С будущей женой я познакомился в Инстаграме, она тоже занимается триатлоном – этот вид спорта нас и сблизил. Уже через месяц после знакомства мы поехали на соревнования, в которых оба принимали участие. Сейчас мы вместе готовимся к сборам в Испании. Мне нравится, что невеста мотивирует меня на дальнейшее развитие и рост, поэтому я, как ни странно, люблю, когда она поднимает бытовые вопросы: денежные, касающиеся спорта или семейные. Это то, что меня подстёгивает, ускоряет личностный рост, не позволяет стоять на месте. Для меня семейная ответственность в новинку, а Настя уже была в браке, с нами вместе живёт её дочь от первого брака. До меня у Насти была достаточно успешная жизнь, что стимулировало меня задуматься о финансах. С тех пор, как мы вместе, мой личный доход возрос в пятикратном, а то и в десятикратном размере. Я понимаю, что мне нужно оплачивать аренду квартиры, продукты питания, транспортные расходы, что на мне лежит ответственность не только за себя, но и за всю семью. А помимо финансовых, семейная жизнь накладывает ещё и свои временные ограничения. Ресурсы, которые ты раньше тратил на себя, теперь должны быть разделены между всеми членами семьи. Настя не воспринимает меня, как «колясочника» — никогда не открывает двери, не везёт инвалидную коляску. Такие вещи, на первый взгляд, кажутся органичными, но на самом деле они в каком-то смысле подчёркивают неполноценность человека с ограниченными возможностями. То, что Настя этого не делает, показывает: она воспринимает меня как обычного мужчину. Как у мужчины, у меня есть обязанности, и ко мне есть определённые требования. В каком-то смысле, они даже выше, чем к требования к обычному человеку. И честно говоря, мне это импонирует. В Инстаграме и других социальных сетях мне часто пишут, какой я молодец, герой и тому подобное – и это несколько расхолаживает. Настя меня поддерживает только в редких случаях, когда это действительно мне нужно. Во многом, именно благодаря невесте у меня сформировалось понимание: в какой бы социальной среде, в какой бы ситуации я ни оказался, прежде всего — я мужчина, и спрос с меня как с мужчины. И какой-то скидки в связи с тем, что я перемещаюсь на инвалидной коляске, у меня нет.

Если честно, больше стресса, чем за последние полгода я никогда ещё не испытывал, но это нормальная история для начала семейной жизни.

Ещё с одиннадцати лет я начал зарабатывать деньги – работал промоутером, раздавал листовки. До этого родители меня отдали в школу эстрадного творчества, я занимался вокалом, закончил музыкальную школу по классу фортепиано. Так что, начиная с 4-5 лет, я уже рос с прицелом на будущее эстрадного артиста: у меня появились навыки пения, игры на пианино и гитаре, музыкальная грамотность, понимание, как вести себя на сцене. Помню у памятников, куда приезжают фотографироваться, я предлагал молодожёнам: «Не хотите, чтобы я вам песенку спел?» Таким образом,зарабатывал «себе на мороженку». Родители приучили меня быть самостоятельным. Если исключить базовые потребности, вопросы образования, я никогда не просил у них денег, а на собственные прихоти я должен был зарабатывать сам.

Последние полгода основное время и мысли у меня занимает построение семьи и карьеры, и на музыку сейчас времени не хватает. До этого я любил приходить после насыщенного спортивного дня, садиться за синтезатор и играть. Разучивал композиции, играл в том числе и произведения своего авторства. Мне нравится инструментальная музыка, но также я люблю и современную электронную, вроде транса или эстрады. Как-то даже хотел себя попробовать в роли диджея. В любом случае, электронику нужно изучать любому музыканту, потому что сейчас век, когда всё переходит в IT-сферу, цифровой век, и даже неоклассику без макбука не напишешь. Один из моих любимых композиторов – Людовико Эйнадио, неоклассик, написавший в том числе музыку к фильму «1+1». После просмотра фильма я полюбил Эйнаудио, ходил на его концерты, такая музыка меня вдохновляет и мотивирует. Я не исключаю возможности, что когда-нибудь стану композитором. Мне очень нравится музыка, но я не хочу делать её своей основной работой – мне кажется, правильнее вернуться к творчеству уже успешным человеком, у которого будет за плечами определённая карьера и финансовый достаток.

Сейчас я активно занимаюсь личным ребрендингом. Если раньше я позиционировал себя в качестве спортсмена, то сегодня я сосредоточен на том, чтобы моё имя ассоциировалось в первую очередь с предпринимательской деятельностью. Когда у тебя есть успешный бизнес, ты можешь добиваться и спортивных результатов, и заниматься творчеством в своё удовольствие. Потому что сегодня, на мой взгляд, мужчина должен в первую очередь реализоваться в финансовом плане. А всё остальное – это уже поиски баланса между основной деятельностью, спортом и другими хобби. Со временем, возможно я приду и к тому, что творчество будет приносить мне дополнительный заработок, но сегодня это не тот бэкграунд, который мне нужен. Творчество – это состояние души, конвертация воспоминаний и жизненного опыта в музыку. Чтобы создать нечто стоящее, мне ещё предстоит через многое пройти, многому научиться. Я надеюсь, что пик моего творчества придётся на 35-40 лет, потому что ближайшие 10 лет я закладываю под организацию бизнеса.

Параллельно бизнесу я продолжаю заниматься спортом, Но даже будучи состоявшимся спортсменом, я понимаю, что и в спортивную карьеру требуются финансовые вливания. Большая проблема паралимпийцев – их жизнь замыкается на спорте, они не реализуют себя в других областях и не зарабатывают деньги. Мне кажется, в сегодняшнем мире человек должен быть прежде всего образованным и предприимчивым, а уже к этому добавляются достижения в других областях. Но главное, чтобы доходная сфера деятельности пересекалась с твоими интересами. К примеру, если ты увлекаешься спортом – реализуешь какие-нибудь спортивные бизнес-проекты. Важно уметь не распыляться. В первую очередь нужно создать бизнес, после чего принять определенные управленческие решения, делегировать свои полномочия, чтобы получать пассивный доход и по максимуму высвободить время на то, чем ты лично хочешь заниматься. Как профессиональный спортсмен, я неоднократно сталкивался с проблемами финансирования карьеры. Конечно, я привлекал спонсоров, которые брали на себя часть расходов, но какие-то вещи всё равно приходилось оплачивать из своего кармана. И по большому счету, на протяжении всей спортивной карьеры я постоянно от кого-то зависел, на мне всегда были определённые обязательства перед спонсорами, а денег я не зарабатывал, несмотря на то, что показывал результаты. И в дальнейшем мне хочется быть автономной единицей, самому в себя вкладывать, развиваться и расти самостоятельно. Я не против партнёрства, но в этом случае оно должно быть равноправным, успешная деятельность должна проистекать в синергии, и тогда будут получаться действительно сложные вещи, реализовываться значимые проекты.

Моя цель – снова встать на ноги и поднять других людей. И эта задача осуществима именно с помощью бизнес-инструментария. Сейчас совместно с командой учёных «Нейропартнёр» мы создаём мягкие импланты, которые вживляются в спинной мозг и позволяют проводить импульсы от головного мозга к ногам, замещая нарушенную часть цепи. Сейчас продукт находится в разработке, на стадии прототипа. Но мы хотим реализовать полноценный научный стартап, и я задействован в нём в качестве директора по развитию: ищу потенциально заинтересованных партнёров, веду переговоры об инвестициях, занимаюсь предварительными договорённостями и решаю вопросы с документооборотом. Для реализации проекта требуется порядка пяти миллионов долларов – это и трудовой фонд, и инновационное оборудование, и материалы, необходимые для производства имплантов. Для такого масштабного проекта — это вполне подъёмные деньги.

Для меня примером в области бизнеса служат отцы-основатели крупных компаний, которые начинали с малого и построили успешную деятельность в инновационной сфере шаг за шагом: Стив Джобс, Ричард Бренсон, Илон Маск. Зарубежные предприниматели, которые создали то, чего до их появления не было. Для меня неважно, входит ли человек в список «Форбс» или не входит, главное — это идея, которая изменит жизнь людей, и способность человека эту идею монетизировать.

В подростковом возрасте я ходил в секцию спортивной акробатики и гимнастики, оттачивал навыки паркура и уличной акробатики, после чего проверял их на практике уже на улице. Но травму я получил не из-за экстремального спорта. Я пострадал из-за своего юношеского максимализма, излишней самонадеянности. Раньше мне казалось, что я лучший в своём городе из всех, кто занимается паркуром, все дворовые пацаны меня знали, я был абсолютно уверен в себе. Случилась жизненная ситуация, когда мне нужно было спуститься с двенадцатиметровой высоты. Я переоценил свои возможности и сорвался, получил перелом грудных позвонков и оказался прикованным к инвалидной коляске. После инцидента я попал в областную больницу, где лежал 20 дней, сложно было даже поднять телефон, чтобы переписываться в ICQ. Папа мне купил тренажёры, на двадцать первый день меня начали присаживать, у меня сильно кружилась голова, терял сознание. Меня выписали из больницы тридцать первого декабря, и новый 2010 год я встретил в кругу семьи. Весь год проходила реабилитация в различных центрах, гимнастика, ЛФК. Но, конечно, мне стало ясно, что все эти занятия не приведут к окончательному восстановлению. И необходимо было заниматься самостоятельно. И начинать пришлось с переформирования личности. Я доказывал себе, что могу быть самостоятельным, ни от кого не зависеть. И в первую очередь, от своих родителей. Нельзя жаловаться на то, что у тебя маленькая пенсия или говорить, что не можешь выйти из дома. Неправильно говорить себе: не могу устроиться на работу или не могу заняться спортом – всё это реально и вполне осуществимо, просто многие люди не понимают, как этого добиться. Но я не сильно переживаю из-за случившегося, стараюсь воспринимать случившееся как испытание, через которое я должен пройти. Как важный урок, что я должен уметь правильно анализировать свои будущие действия, вовремя прогнозировать их последствия. После травмы я стал тщательно, рационально взвешивать, для чего я совершаю те или иные поступки, веду определённую деятельность. И теперь, перед тем как за что-то взяться, я всегда задаю себе вопрос «Зачем?». Зачем занимаюсь спортом, зачем мне нужно достичь конкретного спортивного результата, зачем заниматься предпринимательской деятельностью, зачем я хочу встать на ноги и поднять других людей.

Я учился на менеджера, но ушёл в академический отпуск с третьего курса МИСиСа. Сделал это совершенно осознанно, понимая, что мне не нужно образование «ради корочки». Как только я пойму, по какой программе мне идти, чтобы помимо теоретической базы получить практические навыки, применимые сегодня, здесь и сейчас, я сразу займусь получением высшего образования. Я постоянно образовываюсь через онлайн-курсы, прохожу программы стажировок. Они позволяют получить недостающие знания для решения конкретных актуальных задач, которые я ставлю перед собой, что сегодня важнее, чем академические фундаментальные знания. В этом смысле, мне ближе западная образовательная модель. К сожалению, в детстве не был заложен фундамент знаний английского языка, и сейчас я при малейшей возможности стараюсь заполнить этот пробел. По большому счёту, это моя главная слабость. Английский язык должен быть обязательно. Когда у меня появятся собственные дети, я в первую очередь буду прививать им английский язык, а уже потом накладывать русский. Есть идея – поступить в Гарвард. В этом году я закончил стартап академии бизнес-школы Сколково. Я приду туда с проектом онлайн-образования, с сентября у меня начинается обучение, покажу результаты по предпринимательской и мотивационной деятельности и лет через пять можно поступить в Гарвард на MBA. Но это уже далеко идущие планы, сейчас я не готов их поставить перед собой, как актуальную задачу, в силу того, что каждый следующий шаг – последовательное продолжение предыдущего, и его нужно предварительно взвесить и придти к ясному пониманию, требуется ли он для решения стратегической задачи.

До того, как всерьёз увлечься спортом, я работал фрилансером, просиживал дни в офисах. И я спросил себя, зачем мне в 20 лет такая жизнь. Гораздо интереснее стать спортсменом, поездить по миру, увидеть как живут другие люди. Здесь было и рациональное зерно. Когда я пришёл в триатлон, среди паралимпийцев там никого не было. А поскольку до триатлона я был интернет-маркетологом и понимал законы рынка, умел его анализировать, я увидел, что в спорте для меня существует незанятая ниша, в той части рынка, который только начинает развиваться, и в этой нише я могу быстро показать результат, сделать себе имя, наработать связи, получить ценные контакты. Я говорю о контактах и связях в деловых кругах, в политической и общественной сферах, потому что триатлон – это недешёвый вид спорта, в нём могут позволить себе соревноваться только успешные люди. Сейчас с помощью того нетворкинга, который я создал вокруг себя, я реализую уже другие проекты. Я продолжаю заниматься спортом, показывать результаты, чтобы люди, с которыми у меня сложились партнёрские взаимоотношения продолжали верить в меня и, соответственно, верить в перспективу нашего с ними общего дела. Есть ещё много достижений, которые я себе давно наметил: покорить Эльбрус и Килиманджаро, пройти Ultra Ironman – 80 км бега, потом 35 км заплыв через Ла-Манш, потом 400 км велогонка, без перерыва.

У меня были моменты, когда не было денег, чтобы оплатить себе хостел, и помню, в Казани во время соревнований я ночевал под деревом в людном месте, после того, как сдал свой велосипед на стоянку. Были моменты, когда я вынужден был брать потребительские кредиты, чтобы заплатить за квартиру, купить продукты. Но такой опыт – очень положительный. Я считаю, нужно извлекать пользу и уроки из любой жизненной ситуации. На сегодняшний день, благодаря своему опыту, я научился финансовому планированию, научился лучше понимать интересы и потребности окружающих людей.

Сегодня я продолжаю работать маркетологом, выступаю как мотивационный спикер, имею несколько успешно реализованных проектов. Работаю над созданием онлайн-школы, которая будет предоставлять возможность людям с ограниченными возможностями получать специализированные знания для освоения новых профессий. Люди будут проходить образовательные программы, которые позволят им устроиться в организацию-партнёр нашей школы. У меня есть список компаний, готовых сегодня проводить подобные стажировками. Исходя из запроса, который поступает в нашу онлайн-школу, мы подбираем из списка подходящие организации, составляем индивидуальную программу и ведём контакт между организацией и человеком. По результатам пройденных образовательных курсов обратившийся к нашим услугам трудоустраивается в интересующую его организацию. На самом деле, сегодня в подобной агентской услуге очень много нуждающихся. Ради спортивного интереса я пробовал сам устроиться на работу, занимался этим последние полгода, не важно фултайм или удалённую. Мне отказали шесть раз. Я пять лет проработал в «Форбсе», у меня успешный опыт работы в маркетинговом агентстве, я паралимпиец, медийная личность, но мне везде отказывали, хотя стартовые тесты я проходил без проблем. Самая частая причина отказа – это невозможность предоставить удалённое место работы.

Я не исключаю, что в будущем буду жить в другой стране. Мне нужна такая точка на земном шаре, из которой будет удобно летать на любой континент. Я понимаю, что мои дальнейшие бизнес-проекты и моё развитие будут связаны со всем глобальным миром. Войти в глобальный бизнес – это вполне реальная цель, которую я перед собой поставил.